Виктор Сергеев | Личная страница

Главная | Регистрация | Вход
Понедельник, 25.09.2017, 04:42
Приветствую Вас Гость | RSS
Меню сайта
Категории каталога
О службе [12]
Просто так [15]
Рыбалка [25]
Поэзия [3]
Главная » Статьи » О службе

Погусарили

 

                      ПОГУСАРИЛИ...

   «Union Jack» - «союзный гюйс. Один из государственных символов Соединенного Королевства Великобритании и Северной Ирландии: комбинированный флаг, состоящий из наложенных друг на друга флагов Святого Георга (Англии), Святого Андрея (Шотландии) и Святого Патрика (Ирландии). Самых маленьких, как обычно обидели и Красного дракона Уэльса на него так и не поместили.
    Но и так, без дракона, этот трехсоставной флаг сейчас мне кажется сильно перенасыщенным. А тогда, более 30 лет назад на левом рукаве моей вызывающе импортной, польской, куртки этот флажок мне казался исключительно изысканным. И сам себе я в этой курточке казался неотразимым плейбоем, которого на несколько минут попросили покинуть кабину собственного «Ламборджини», чтобы дать интервью смазливой корреспондентке журнала «Hustler».
   А курточку эту я купил 2 года назад прямо у нее на родине, в польской Гдыне, куда на учебном корабле нас занесла курсантская судьба. Недалеко от причала, где навечно пришвартован боевой эсминец польских ВМС времен 2 мировой войны «Bliskawica» , в маленьком полуподвальчике – я, и мой товарищ Серега, поминутно озираясь, приобрели контрабандный товар.
   Наверное британский флаг, все же не зря был пришит на рукав моей куртки, как ни как, именно этот эсминец, один из лучших в своем классе того времени, действовал под оперативным управлением Британского Адмиралтейства, сохранив при этом польский экипаж и национальный флаг. В знак уважения поляков к своим союзникам.
   В этот же погожий осенний севастопольский вечер я совершенно не думал о действиях союзников в северной Атлантике и не спешил на встречу к смазливой корреспондентке, хотя был бы, наверное, совсем и не против. Но были дела и поважнее.
  Все тот же мой товарищ Серега, теперь уже лейтенант, попросил об одной, вполне посильной услуге, а отказать своему училищному однокласснику я конечно никак не мог. Да и встречался я с ним всегда с большим удовольствием: человек он компанейский, веселый, заводной и остроумный – из тех людей, от общения с которыми всегда подзаряжаешься оптимизмом и положительной энергией.
  Исключительно благодаря своим личным качествам и тяге к иностранным языкам попал Серега служить в одно из самых загадочных соединений флота – 112 бригаду кораблей, которые пытались (не очень удачно, правда) маскироваться под рыболовные сейнеры и траулеры. Его «Большой морозильный траулер» с не совсем внятной надписью «ССВ-591» был пришвартован на противоположной стороне Севастопольской бухты и готовился к очередному длительному выходу в море, то ли в район Норфолка, то ли мыса Канаверал.
   Я переехал на городском катере бухту и через некоторое время уже сидел у Сереги в каюте. В отличие от нас, «вояк» - корабельным офицерам 112 бригады, за мужество и стойкость во время пребывания у вражеских берегов полагалось сухое вино, а каюту мой товарищ делил с помощником командира по снабжению. Наверное, поэтому, данный продукт питания в их каюте присутствовал практически в неограниченных количествах. Мы совершенно по чуть- чуть, чисто символически продегустировали этого винца и двинулись в город.
   Дело в том, что до выхода в море Сергей арендовал себе квартиру, куда в скором времени должна была приехать из Ленинграда его жена. К ее приезду тот подошел вполне основательно и где-то прикупил мешок картошки. Картошку эту привезли и сгрузили на квартире все того же помощника по снабжению. Вот этот-то мешок нам и предстояло транспортировать к новому месту жительства.
    Изначально транспортная операция планировалась с применение такси. Но с наличными деньгами были у господ офицеров некоторые проблемы, а свои чековые книжки они как назло позабыли в своих каютах. Притом помощник по снабжению оказался человеком вполне гостеприимным и угостил своих молодых коллег совершенно непревзойденным нектаром, который он лично готовил у себя на кухне все из того же сухого вина, технического спирта (шила) и каких-то заморских ингредиентов. Пригубив этого чудодейственного напитка, и опять: совсем по чуть-чуть, мы набрались сил и решили везти картошку в троллейбусе, а там всего каких-то два или три квартала пешком.
  С троллейбусом проблем не возникло и вот уже впереди виден нужный нам дом, а немного не доходя до него сверкает огнями цветомузыки стеклянное здание ресторана «Виктория». На подходе к ресторану мы слегка упарились. Вроде и не очень тяжело, но очень неудобно, мешок на каждом шагу норовит выскользнуть из рук, к тому же с одного края он надорвался, и из него пытаются выскочить наиболее активные картофелины. Нести приходится в одном, строго определенном положении и что- то уже сильно вступило в напряженные суставы, а также поясницу. 
    Фуу, передохнем? «Может по кофейку?» - Серега показывает на ритмично подсвечивающиеся окна ресторана. Прекрасная идея! Кидаем мешок в прилегающий к дорожке кустарник. Кому он тут может понадобиться, тем более, что стемнело уже?
  В ресторане накурено и многолюдно. Выходной все-таки. Справа за длинным столом суровые капразы, все в парадном, сурово произносят торжественные клятвы в адрес какой-то кафедры. На сцене две брюнетки в ослепительно прозрачных нарядах, совершенно не хуже, а то даже и лучше, чем Агнета и Анни поздравляют нас с волшебным новым годом или сообщают о том, что папочке не стоит так напиваться на рождество. «Happy New Year» ! До Нового Года почти три месяца, а что такое «рождество» в те времена еще знать запрещено, поэтому к совету «не напиваться» народ относится снисходительно.
   На первый взгляд – мест в ресторане нет и судя по тенденциям – не предвидится. Однако Серега уже шепчется с эффектной дамой в кружевном передничке, все время, кивая в мою сторону, и та снисходительно машет мне в сторону углового столика «заказано». Я уже отчетливо понимаю, что одним кофе мы теперь не отделаемся.
   Деловито пересчитываем все наличность, что сэкономили от непоездки на такси, и предполагаемой мизерной сдачи. Не густо!
  - Так мальчики! Есть только белый портвейн! «Магарач». Чем закусываем?
   Я до сих пор полнейший профан в названиях и содержимом ресторанных блюд, а тогда, и говорить нечего. Сразу впадал в длительный ступор, сопровождающийся нечленораздельным мычанием. Но сейчас я спокоен - со мной Серега! Тот не глядя листает карту блюд.
  - Портвейн? Белый? Телятина с моцареллой имеется?
  - Ха! Сыру не подвезли!
  - Ну, тогда… антрекот де Пари? … Говяжьи стейки с соусом из голубого сыра?... Перепела в воловах?
   - Сереж! Ты при деньгах что ли? Я же тебе говорю - сыра, нету! Господи  – перепела! Возьмите салат из осьминогов. Свежий салат-то! Хлеба и минералки я вам так принесу.
  - Да? Ну, тогда…, Валюш, а сколько портвейн? А салат? … Тогда две портвейна и один салат: « Salada de Polvo»! Во! Только этот салат - в двух тарелках!
  - Сержик! А вам, не много ли? Вы мне кажется уже сегодня где-то того… А сегодня вообще какая-то суета непривычная: милиция дважды подъезжала, люди какие-то незнакомые сидят…
  - Валь!
  - Хорошо, хорошо! Приятные округлости Вали удаляются в сторону кухни.
    Салата, конечно маловато. Тем более, что я почему-то на «Керчи» не пообедал, хотя и времени до катера было достаточно. А вот портвейна, как раз многовато. Сержик раскраснелся, и уже во всю флиртует с какой-то дамой от «капразовского» стола. Теперь уже под «Бони-М». «Sunny» в исполнении прозрачных брюнеток ничем не хуже, чем «Happy New Year».
    Похоже, что белый портвейн начинает смешиваться в крови с тем божественным нектаром, который мы дегустировали чуть раньше. Кажется, надо освежиться! Спускаюсь на первый этаж, в «комнату для джентльменов». Долго умываюсь. О!. Зеркало: «Ну и рожа! Так вот ты какой: офицер ракетоносного Военно-Морского флота!... Так! Сконцентрироваться!...».
   Опять долго умываюсь. Опять концентрируюсь. Из зеркала на меня жалобно смотрит что-то жалкое и бледное. Хорош! Пора картошку нести. Ориентируясь по плиткам пола и стараясь по ним держать равномерную длину шага, выхожу в фойе.
  Что-то тут как-то многолюдно и шумно! Визжат женщины. Кто-то кого-то бьет! Трое или четверо бьют одного! Серега!!! Ах, подонки! Великолепным прыжком влетаю в толпу и один из негодяев улетает под лестницу! Знай наших! Кто-то хватает меня за плечо, резкий удар с пол-оборота… Получи! Н-аа еще! Какая-то кувалда обрушивается мне по ребрам… Не могу вздохнуть… Вокруг орут, пыхтят и матерятся… Что-то наваливается сверху… Выворачиваюсь… Куда-то бежим… За кем гонимся? За нами гонятся? Визг автомобильных тормозов. Меня пытаются свалить, им это удается, асфальт больно бросается в лицо, подскакиваю и бью ногой во что-то мягкое, в лицо мне тычется какая-то железяка…, ствол! Ну не может же он вот так выстрелить и убить лейтенанта! Что-то раскалывается у меня в голове, и она разлетается на тысячи осколков… «Наверное, все таки убили» - успевают подумать простреленные мозги, и туловище погружается в спасительное небытие.
 …
 
 -  Эй! Але! Лейтенант! Да очнись ты уже!... Чеерт! Пааадъеем!!! Тррревога!!! Что-то холодное льется на голову и стекает за шиворот. Пытаюсь осторожно вздохнуть. Первый вздох – он самый трудный. Это знает абсолютно каждый, только успел забыть об этом. Вздохнуть удается только до половины, а потом ниже, в районе левых ребер вспыхивает огонь…, и правых тоже… Если ребра поджаривают, значит какие-то части туловища еще сохранились!
   Задерживаю дыхание…, пожар слегка затухает. Какая-то сила вдруг начинает трясти меня за ноги, боль в ребрах вспыхивает с новой силой, но я к своей радости понимаю, что у этого туловища еще существуют и ноги...
   - Да вставай ты уже! Командир твой уже приехал! Сейчас разбор полетов начнется!
   - А… Что-то огромное, сухое и отвратительное пытается пошевелиться у меня во рту. О! У меня еще есть рот, я его чувствую и еще я что-то слышу!
   - А…
   - Что, А?
   - А где я?
   Каждое произнесенное слово троекратно пульсирует в моих простреленных мозгах. Но судя по тому, что я что-то слышу, ощущаю, знаю, что у меня должны быть ноги и ребра, а также произношу какие-то звуки – пуля в мозгах не задела жизненно-важных органов. И они, эти мои мозги пытаются быстро регенерироваться, чтобы заполнить возникшую пустоту. Процесс, кстати, необычайно болезненный.
   - Ну как где? В комендатуре конечно! Ты что, не помнишь ничего, что ли?
  Собрав всю свою волю, пытаюсь приоткрыть глаза. Глаза то у меня тоже должны где-то существовать! Один точно существует и его удается приоткрыть. Господи! Какой мучительно – белый потолок!
  - Давай, вставай! Уже все собрались, сейчас менты приедут, на опознание.
  - Трупа?
  - Какого трупа?
  - Ну, моего, наверное…
  - Шутишь? Молодец! Хотя на труп ты сильно похож. Корешок твой – получше выглядит, но и ему досталось.
  - А ты кто?
  - Я командир комендантского взвода, старший лейтенант Н. Ты, что действительно не помнишь? Ты же мне вчера всю промежность в яичницу превратил, когда мы вас от ментов отбивали! Я чуть выжил! Каратист, хренов!
  - И ты меня за это застрелил?
  - Ага! Кстати очень хотелось! Это тебя, по твоей бестолковой башке, мой матросик приложил. Иначе никак в машину загружаться не хотел. Вставай уже, пойдем, умоешься и на разбор. Тут из-за вас всю ночь комендатура на рогах стояла. Командующий в курсе. Вы там ментам какую-то операцию провалили, и еще отметелили весь их РОВД неслабо. Так что готовься.
   Господи! Ментов отметелили! Комендатура! Командующий! Яичница всмятку! На разбор! Лучше бы он меня вчера на самом деле пристрелил. Или это я еще сплю? Сейчас проснусь в своей уютной «керченской» каютке, выдохну из себя весь этот ночной кошмар, умоюсь и на подъем флага… Напрягаюсь, но вторично проснуться не удается. Только очень сильно болит горло. Такое впечатление, что вчера меня еще и задушили. А впрочем, где не болит? Наверное, просто четвертовали!
  Однако сажусь. Пытаюсь встать. Охаю, но стою! Хочется зашнуровать кроссовки…, шнурки отсутствуют, как и ремень на безнадежно порванных джинсах. Старлей ухмыляется: «Пойдем, отдам, а то некоторые после такого дебоша обязательно пытаются удавиться». Хорошая идея, кстати!
   Сидим с Серегой перед кабинетом коменданта Севастопольского гарнизона полковника Б. Говорить о чем-то невозможно. К тому же у меня совсем не открывается левый глаз, да и вообще вся левая сторона лица сочится последствиями асфальтовой болезни. Серега неестественно бледен, лицо: опухшее и под тем же левым глазом огромный лилово-черный синяк. Но глаза открыты. Все.
  Заходите!
  Делать нечего, заходим, пытаясь продемонстрировать зачатки строевой выправки и подтянутости. Явно что-то не получается. Слева направо на нас сурово взирают судьи Военной Инквизиции: помощник военного коменданта майор З., какой-то мужик без формы, с сильно опухшим носом, подполковник милиции, сам комендант гарнизона полковник Б, командир моего корабля капитан 2 ранга М. Вадим Олегович, командир «ССВ -591», тоже капитан 2 ранга, и тот старлей, которому я угодил в промежность. В качестве ведущего выступает лично комендант.
  - Ну что «красавцы»! Все пропили, и флот умудрились опозорить? Месяце еще нет, как прибыли, а город-герой уже вздрогнул! Это вас в вашем электронном училище научили так водку жрать? Ну? Чего молчите?
  - Так мы водку не пили, товарищ полковник.
  - А что пили? Полковник роется в бумагах – Портвейн? Тем хуже для вас! А драку , драку зачем устроили? Ресторан весь в дребезги разнесли. Почти. С какой стати? От портвейна одного? Вот Виталий Николаевич - комендант кивает на подполковника милиции - докладывает, что вы им сорвали спецоперацию, по задержанию опасных преступников. Они с вашей помощью преступника упустили и потери имеют. Вот полюбуйтесь на оперуполномоченного, - комендант кивает на мужика с бесформенным носом – тебя кто бил? Этот рыжий?
 - Нет, вот этот – чернявый.
  Палец опера упирается в меня. Ужас! Это я такого шкафа? В такую лепешку?
- А второй?
- А второго вообще…как с цепи…, мы его задерживать стали, думали он тоже из этих, то есть сначала мы другого начали задерживать, а этот вмешался, у Леши вот ногу сломал! Если бы ваш комендантский взвод не приехал, не знаю…
- Слушай капитан! Давай-ка членораздельнее! Вот этот ногу вашему сотруднику сломал?
  Мычу про себя: «Это он об мои ребра, наверное, сломал!», оказывается, что мычу я это вслух. И все меня слышат. Полковник вдруг улыбается. И опять обращается к капитану.
 - А тот первый, которого вы сначала задерживали? И почему вы вдруг решили, что они тоже из этой преступной группы?
 -  Тот первый сбежал! Из-за этих! А эти мешок какой-то несли, а потом его куда-то дели, и мы подумали…, и еще они за столик сели, заказанный отдельно…, а была ориентировка и информация…и Леша ногу…
  - А вы в ресторане засаду, что ли устроили? Всем своим отделом?
  - Ну, типа того…
  - Ага! И Фокс от вас ушел!
 - Какой… фокс?
 - Слушай, Виталий Николаевич, - комендант обращается к подполковнику 
 - ты вот как только от меня выйдешь, отправь своего опера сразу в вытрезвитель. Я тебе очень рекомендую! От него так вчерашним прет, что с ног сбивает. Они у тебя там, в засаде, так пережрались, что лейтенантам этим и не снилось. И если бы в «Виктории», настоящая братва была, ты бы всего своего отдела сегодня не досчитался.
  - Товарищ полковник! Давайте не будем отклоняться! Не дело комендатуры оценивать действия милиции. Мы у себя сами разберемся, от кого прет, а от кого нет. Разговор сейчас вот об этих…
  - Слушай, Виталий Николаевич! Мы уже с тобой говорили на эту тему неоднократно. Но я тебе еще раз повторю: все, что происходит в этом городе, в том числе и в его милиции - всегда будет делом Флота. Всегда! И моя комендатура для этого существует. Неужели это не понятно?
  - Да причем тут милиция? Ваши лейтенанты, без году неделя…
  - А притом, что пока ты своему начальству докладывал, руководству города жаловался, что лейтенанты твоим орлам носы и ноги переломали, Командующего ночью беспокоили, я кое-что выяснил. Вот рапорта и объяснительные. От официантки, что «героев» этих обслуживала, от трех офицеров из Черноморского училища, моих хороших знакомых, кстати, от директора ресторана, еще от одного официанта, вот от старшего лейтенанта Н. – комендант потрясает пачкой бумаг – и выясняется, что все несколько иначе было, вот документы…, ты пока жаловался на Флот, я документы собирал. А ты не удосужился!
  - Ну, какие документы!? Все и так, на поверхности, напились, влезли не в свое дело, нанесли тяжкие телесные повреждения сотрудникам милиции, неподчинение законным требованиям, опять-же, если бы не ваши комендантские, у меня бы уже был ворох документов…
  - Так вот я тебе скажу: твои орлы, пока сидели в засаде – жрали водку! Водку! Которой, официально в ресторане вчера не было! Вот: были коньяк «Ай-Петри», по цене…, да!, та еще цена!..., массандровский «Мускат», портвейн белый «Магарач», сухач за 89 копеек и еще какое-то дешевое бырло. И когда надо было кого-то там задерживать, они все были - дрова! Потому что не меньше чем по бутылке водки выпили! Вот: официант пишет! И это, я тебе скажу – на вчерашние дрожжи! Потому что твои опера – вообще не просыхают.
  - Да кто вам сказал…
 - Официальный документ сказал! Честные люди сказали! Не любят они вас, почему-то. Вот и сказали. А Леша твой, так нажрался, что со второго этажа по лестнице упал на первый. И жалко, что он только одну ногу сломал! Вот, офицеры училища, официальные рапорта подали, на имя Командующего: как все было на самом деле. Я наверное всю вот эту стопку бумаг, сейчас прямо в горисполком отнесу… А? Ничего нового, они, эти начальники не узнают о твоей службе, однако для прояснения ситуации… Хочешь?
  - Ну, товарищ полковник…, мы у себя сами уж, как ни будь…, может…, ну доложить там как-то… ориентировка пришла…ошибочно приняли…а вот офицеры ваши…
 - А с офицерами нашими мы сами разберемся! Я тебя уверяю! Самым строгим образом! Они дорогу в ту «Викторию» навсегда забудут. Только и ты помни, если вдруг у тебя возникают проблемы с военнослужащими – сразу мне звони! Сразу! Пока твои костоломы… Ну? Договорились? Вот и ладно! И «Жеглова» своего забери, от греха подальше, никак не пойму , зачем ты его сюда тащил.
  И товарищи милиционеры покидают помещение. Носатый что-то шипит в мой адрес, наверное хочет после разбора пригласить на пиво…
 
  Остаемся наедине с Военным Трибуналом, и его Председатель продолжает свою обвинительную речь.
  - Я вас, товарищи пьянствующие офицеры, пригласил сюда для беседы с представителями милиции только для того, чтобы вы поняли, в какой заднице могли оказаться, если бы вовремя не подоспел комендантский взвод. Там, в застенках РОВД, вы бы уже сознались во всем и даже в том, что лично по указанию королевы Виктории, полученном в одноименном ресторане, застрелили на Малаховом кургане в 1855 году адмирала Нахимова. И сидели бы сейчас в следственном изоляторе! Поэтому на меня и вот этого старшего лейтенанта, вы должны богу молиться.
   Вы еще за свою службу много всяких гадостей услышите о зверствах полковника Б. и его комендатуры. Так и должно быть! Но запомните, раз и навсегда, а также передайте всем своим поповцам, дзержинцам и прочим пушкинцам - о любых контактах или проблемах с севастопольской милицией немедленно должны знать в комендатуре. Немедленно. Иначе ничем уже вам помочь будет невозможно.
  Вы что думаете? Они там действительно кого-то ловили? Они там квасили, а когда напились - нашли себе жертву в виде двух стриженных и лопоухих лейтенантов. Глаз у них на таких святых, как вы – наметанный. А флот они не любят, и более того: есть предположение, что подобные спектакли разыгрываются специально и по указанию свыше. Что там творится на уровне министров, мы можем только догадываться. Вы хоть понимаете, о чем я?
  - (Хором) Так точно, товарищ полковник!
  - Не слышу!
 - Так точнааа!
 - Другое дело! А что вы перли в ресторан, да так и не донесли?
 - ( Серега) Картошку. Я картошки мешок купил, жена приезжает, а мы на боевую…
 - Так что же вы в ресторан поперлись? Не могли себе бутылку в магазине купить и картошечки с маслом наварить? А вы поперлись спрутов жрать. Как там официантка излагает… Комендант роется в своей стопке бумаг. - Ага! Вот… «ребята вели себя хорошо…» - Смешно! – «…заказали две бутылки портвейна белого «Магарач» и салат из осьминогов»… один что ли?... слышите, товарищи командиры, чем ваши лейтенанты питаются?
  Надеюсь, вы им объясните теперь, как и чем надо закусывать? А картошка ваша, где теперь?
 - Там, в кустах осталась…
 - Понятно. Директору ресторана подарок сделали, они теперь на этой картошке сильно поднимутся. А жену свою ты чем кормить будешь? Будешь ее встречать без картошки и вот с такой рожей… Кстати! Это ты жену начальника кафедры тактики кадрил? Он мне жаловался! Да, женщина приятная, ничего сказать не могу. Только ее сын в этом году уже старлея получил. Понимаешь гусар?
  Сергей Павлович (командиру ССВ) я тебя прошу, до приезда его жены – с корабля лейтенанта не отпускай, ни под каким предлогом. Он у тебя кто? Переводчик? Английский и испанский? Пусть за это время еще и французский выучит. Или португальский… Задание от коменданта! Договорились? А в целом, конечно, когда четверо пьяных бьют одного, есть в этом что-то не совсем правильное. Но это не значит, что самому надо портвейн литрами пить! Ясно? Разведчики - свободны!
  Серега со своим командиром пулей выскакивают за дверь. Полковник ходит вокруг меня кругами.
 - Так! Теперь ракетчики. Вадим Олегович (моему командиру), а в чем это он у тебя ходит? И какому флоту он вообще служит? Комендант хватает за мой изысканный «Union Jack» и начинает его выдирать, вместе с рукавом. Польские нитки не выдерживают и рукав в конце концов отрывается. Полковник кидает рукав командиру.
  - Вот тебе, замполиту своему отдай!
  Лейтенант С.! Напрааво! Два шага вперед! Выполняю команду, охаю и хватаюсь за ребра. Полковник подходит к стенду на стене и показывает мне Военно-Морской флаг.
  - Вот Флаг твоего Флота, твоего Корабля и твоей Родины! Я надеюсь, что это ТВОЙ ФЛАГ на всю оставшуюся жизнь! И никакой иной флаг, никакой иной державы ты не вправе носить на своей одежде, даже если форма одежды – гражданская! Ясно?
 - Так точно!
 - Лейтенант С.! За нарушение формы одежды объявляю Вам трое суток ареста!
 - Есть трое суток ареста!
 - Вот так вот! Я бы тебе еще добавил и за поедание морских гадов, но поскольку также считаю что, когда четверо бьют одного, это в корне не правильно – ограничимся на этом. И вот что, Вадим Олегович, заведи его сейчас в поликлинику, пусть рентген ребер сделают и левый глаз посмотрят, а то будешь свою «Славу» из завода с инвалидами выводить. Свободны!
  Через трое суток, для скорейшего «оморячивания» меня перевели на противолодочный крейсер «Москва», который проходил испытания после ремонта и постоянно находился в море. А еще через три недели, при заходе в Главную базу «Москва» на встречных курсах разошлась с «ССВ-591», который уходил к атлантическому побережью США. Корабли поприветствовали друг друга флагами, а у меня сильно зачесалось где-то под левыми ребрами и я искренне пожелал удачи Сергею Павловичу, всему экипажу его корабля, а в первую очередь, конечно, Сереге.
 
  Прошел 31 год. Мы сидим с Сергеем на террасе какого-то ресторанчика не Крестовском острове. Столько лет не виделись! Сидим и вспоминаем. Вспоминаем наших друзей, наши боевые службы, наш Севастополь, и его командира Сергея Павловича, с которым я имел честь служить в дальнейшем, в штабе Черноморского флота.
  Конечно же, и ту нашу героическую драку на заре своей офицерской службы, тоже вспоминаем. И ни о чем не жалеем. Выпиваем совсем по чуть-чуть, чисто символически. Не портвейн. Водочку. А закусываем…, осьминогов, или хотя бы кальмаров в меню, к сожалению не оказалось. Закусываем свинными отбивными, котлетами по-киевски с жареной картошкой. А минералку нам симпатичная официантка так принесла, явно покоренная Серегиной галантностью, шириной плеч и неотразимой улыбкой. Он совершенно не изменился. И я подзаряжаюсь его энергетикой и все тем же искренним оптимизмом. Будто и не было этих трех десятков лет. Спасибо Серый! И извини меня, если что-то было не так.
 
   Прошло еще некоторое время, и перед самым новым годом пришло мне по почте новогоднее поздравление в виде красочного приглашения.
     «Уважаемый Виктор Георгиевич! 3 февраля 2013 г. В городе-герое Севастополе состоятся торжества, посвященные 30 летней годовщине подъема Военно-Морского Флага на ракетном крейсере «Слава». Торжественные мероприятия будут проводиться на борту гвардейского ракетного крейсера «Москва» (та-же наша «Слава», только переименованная) и в доме офицеров флота. Программа мероприятий… Приглашаем Вас принять участие в торжествах, для чего прибыть на Минную стенку г. Севастополя к 7.30 3.02.13. Форма одежды парадная».
     Вот как. И я конечно поеду. Поеду к этому светлому белому городу, который провожал нас в море и ждал долгими месяцами нашего возвращения. К этому морю, которое ласково принимало нас своей волной и провожало дальше, в Средиземку, Атлантику, в Северное и Баренцево моря… Я поеду обязательно! Потому что, когда еще? Когда я еще смогу обняться со своими друзьями, офицерами первого экипажа нашего крейсера? Когда еще смогу пройти по его палубе, на которой оставил свою офицерскую юность и часть своей души? Может быть в последний раз и представится такая возможность.
    Но вот что меня волнует. В числе приглашенных, будет конечно и наш первый командир, Вадим Олегович. Теперь уже контр-адмирал. Столько лет прошло! Он меня и не узнает-то. Что я ему скажу? Как представлюсь? Наверное так: «Лейтенант Сергеев, два портвейна и салат из осьминогов». Тогда он точно меня узнает. Обязательно.
 
Категория: О службе | Добавил: vik-sergeev (10.01.2013)
Просмотров: 721 | Комментарии: 2 | Рейтинг: 4.4/5 |
Всего комментариев: 1
1  
Виктор! Разачарован Вами! Откровенный пасквиль. На "Биглере.ру" поставил Вам самую низкую оценку. Всегда считал, что и мы и вы делали одно общее дело и так воспитывал своих подчиненных.

Алексей. Новозыбков. Брянская обл.

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Форма входа
Поиск
Мне интересно:
Статистика

Copyright vik-sergeev © 2017 | Хостинг от uCoz